Синий чай – путь к долголетию

  Наш сайт посвящен красоте и здоровью, и вот как раз таки синий китайский чай (или синий улун) – на эту тему. Во-первых, он и красив и, конечно, необычен. Во-вторых, как и многое в Поднебесной, напрямую связан со здоровьем и долголетием. Потому и популярен он на бескрайних просторах загадочной Азии. Выращивается этот чай на горных плантациях Китая, Тайваня и Таиланда.

Лёнька, волосы и сова

Лёнька улыбается, обнажая белые зубы, теребит всей пятерней почти что колтунами свалявшиеся волосы. Каждый раз усмешка трогает его губы, когда он видит удивление в моих глазах. А удивлять Лёнька умеет. Вот и сейчас – как он разглядел сову? Минут пятнадцать назад он произнес: – Слышь, щас, со стороны леса, над нами и пролетит. И длинную костлявую руку протягивает – в сторону леса, откуда сова эта самая должна прилететь. После этого Лёнька нарочито так и лениво зевнул, всем своим видом демонстрируя: мол, невидаль какая, сова, им предреченная, над нами пролетит.

История, случившаяся декабрьской ночью…

…Нет, за Лёнькой было не угнаться, он сам несколько раз приостанавливался, оглядывался и мерил меня укоризненным взглядом. Он всегда так делал, когда я отставал. Вот и сейчас я, проваливаясь сапогами в липкую, подтаявшую к полудню грязь, и бормоча под нос ругательства, встряхнул рюкзак на спине и побрел вслед за Лёнькой, который, дождавшись меня, вновь широкими шагами пошел, что называется, в отрыв.

Царевна-невеста

Кто не любил в детстве сказки про героев? Все любили. И героям подражали. А что делает настоящий герой? Царевну спасает. Вот о ней, о царевне сказочной, я и расскажу сегодня. Многие ведь думают, что сидит она, царевна, в горнице, или в замке мрачном Кащеевом, в окружении лесов дремучих да гор непролазных, Змеем охраняемая. Сидит и плачет в ожидании, пока герой все подвиги, ему полагающиеся, совершит и царевну из неволи освободит. А в неволе ей приходится всяким женихам, к ней сватающимся, отказывать. Потому как неволит ею, порою, не Кощей там Бессмертный, а собственный отец.

Лёнька, Кербер и Змей

Как-то вот так совпало: и день сегодня прям уж совсем необычно жаркий и лямки рюкзака с непривычки натерли плечи. Стремление солнечных лучей основательно согреть лесную глушь не могли сдержать ни покачивающиеся даже в безветренный день верхушки сосен, ни вечно сырые овраги с ельником, ни буераки, ни холмы муравейников, ни кустарники с волчьими ягодами.

Меж двух миров

Кажется, сознание ему вернула тишина. Звенящая. Словно шепчущая что-то сквозь горький запах полыни и где-то, совсем неподалеку, росших камышей. Крейн понял – рядом пруд, об этом говорил едва уловимый плеск воды и щекотавший ноздри ветерок. Его дуновение ни с чем не спутаешь. Такой ветерок особенный и будто живой; не то что, к примеру, ветер, обволакивающий лицо в песках раскаленной пустыни и забивающий глаза и рот пригоршнями горячего песка – в ней, в пустыне, Крейну тоже приходилось сражаться.

Кикимора

Ох и давно это было. Давно. Еще до того как мы с Лёнькой Единорога смотреть ходили. Сидели мы как-то с Лёнькой у ворот дома моего. Вечеряли. День, аккурат, как и сейчас, был июньский. Ветерком лицо гладил, волосы на голове трепал, ярко-красным закатом глаз радовал. Перед нами трава, уже слегка на солнце выгоревшая, пожелтевшая, курами и индюшками примятая, да щебенка вокруг, с песком перемешанная, разбросанная. Дни в июне длинные. Вот и в тот вечер.

О воинах-берсерках, звериных шкурах и покойниках, в них зашитых

Многое нам, обитателям третьего тысячелетия, подчас непонятно в обычаях и обрядах прошлых полузабытых веков, когда ни письменности, ни государств еще не было; да и происходившее в менее древние времена не все для нас ясно. Вот скандинавские воины-берсерки – почему они, порою, в битве предпочитали звериные шкуры железному панцирю и стальным латам?