История, случившаяся декабрьской ночью…

нечмырь_1…Нет, за Лёнькой было не угнаться, он сам несколько раз приостанавливался, оглядывался и мерил меня укоризненным взглядом. Он всегда так делал, когда я отставал. Вот и сейчас я, проваливаясь сапогами в липкую, подтаявшую к полудню грязь, и бормоча под нос ругательства, встряхнул рюкзак на спине и побрел вслед за Лёнькой, который, дождавшись меня, вновь широкими шагами пошел, что называется, в отрыв.

Стоял декабрь, но мороза все не было, временами шел крупными мокрыми хлопьями неприятный снег, но тут же таял, не желая серебрить мох и еловые ветви, вперемешку с пожухлой листвой разбросанные под ногами.

– Ладно, слышь, привал, – нехотя произнес Лёнька, в очередной раз дождавшись меня, сильно отставшего; снял шапку и запустил пятерню в никогда не чёсаную копну русых волос. Он всегда так делал, когда раздумывал над принятием какого-нибудь важного для него решения.

Я от этих слов чуть не повалился на помянутую мною пожухлую листву, мокрую от растаявшего на ней снега. Но удержался на ногах, скинул рюкзак, разминая натертые плечи, и побрел дрова для костра собирать. Через полчаса мы уже сидели у огня. Смеркалось. Блики костра улетающими ввысь искрами играли в верхушках можжевельника, в изобилии росшего рядом. Я уже думал о сне, потирая слипавшиеся глаза и не желая дальше утруждать ходьбой порядком уставшие ноги, но знал: Лёнька не успокоится, пока еще хотя бы пару километров не пройдем. И ничего, что темно уже – ориентируется Лёнька во тьме не хуже, чем при свете. Не раз уж в этом убеждался.

Но о дальнейшем походе в ночной уже мгле думать не хотелось, тем более, что вот и чай поспел в котелке. Лёнька, в одном свитере с прорехами тут и там, скинул свою ношенную-переношенную телогрейку, швырнул, вдобавок к заварке в котелок щепотку сушеной мяты и набранных им где-то ягод рябины. Сидим, молчим. Разговор мне бы надо начать, это ведь я вчера вечером так опрометчиво уговорил Лёньку с собой меня взять. Хотя видел же – не хочет он, чтобы я с ним шел, и не потому, что знал: отставать да спотыкаться о кочки и корни с каждым шагом все больше и больше буду. Нет. По другой причине.

нечмырь_6…В последний месяц в деревне только об этом и говорили. У родника там или в магазине повстречавшись. А так все больше дома сидели. И без надобности, в темень вечернюю, на двор не выходили, а ежели выходили – то не по одному. Началось же все с того, что колдуна схоронили. Немчырь его звали. Прозвище такое. Я его вроде бы видел пару раз в детстве. Да облик не помню. Жуткий только вот он был. И все. И жил он в лесу где-то. Многие и не верили, что Немчырь этот взаправду существует. Мало ли кого за него принимали. Всякий народ в деревню по временам забредал. Не все ж колдуны. Да и я, может, и не Немчыря в детстве видел-то. В детских воспоминаниях, сами знаете, реальность с вымыслом нередко переплетаются.  Я как-то, года два назад, так и спросил у Лёньки:

– Правда, что ли, Немчырь существует?

А он как раз что-то такое веселое рассказывал, смеялся, голову по привычке задирая и скаля белые зубы, стучал большим костлявыми пальцами себя по коленями. Он всегда так делал, когда радовался чему-нибудь. А тут, на тебе, замолчал сразу, в лице переменился. Сидит, молчит. Вижу, не нравится ему этот разговор. Ну, тему тогда я переменил, но больше Лёньку про Немчыря и не спрашивал. А потом от кого-то услышал, что Немчырь этот вроде как даже родственник Лёньки нашего. Дальний только.

И вот помер Немчырь этот. Кто-то из охотников нездешних набрел на него, говорят, в лесу. Как помер? Про то разное говорили – я и пересказывать сейчас не буду. А кто схоронил – тоже не знаю. В деревне говорили, что у болота его закопали. Только вот слух-то прошел – нету в могиле Немчыря, стал он упырем и по ночам, значит, по деревне шастает, жаждой мучается. С тех пор Лёнька стал мрачнее тучи. Несколько раз заходил я к нему, не открыл он мне, через дверь что-то пробурчал и все. Нелюдимым каким-то стал.

А тут как-то, можно сказать, подловил я его, когда он в сумерках с родника шел широкими своим шагами, в традиционных обрезанных калошах и коротких штанах. Я чуть ли не из кустов на него и вылетел. Тут мне Лёнька и проговорился: надо, мол, ему в лес завтра сходить. Да не просто так, а с ночевкой.

Догадался я, конечно, сразу, что с Немчырем это связано, и давай с ним напрашиваться. Страшная ведь штука – любопытство. А у самого, при этом, в горле от страха пересохло. И напрашиваюсь, значит, а в душе надеюсь, что не возьмет меня Лёнька с собой. Он вроде как поначалу-то и вправду отнекивался, а потом вдруг глянул на меня, помолчал с минуту, и спросил:

– Слышь, а ты правда в церковь-то ходишь в городе?

Я сначала и вопроса-то его не понял – причем тут церковь? Неверующий я тогда был, точнее – нецерковный. Вот. А потом вспомнил-таки, что, да, говорил ему как-то пару раз, что перед сессией захаживал в храм. Свечку проставить, чтобы, значит, экзамены сдать. При этом, помню, еще глупо ухмыльнулся: как бы стеснялся перед Лёнькой своей «церковности».

– А ты чего срашиваешь-то? – говорю.

– Слышь, ты меня подожди здесь, – вместо ответа сказал Ленька. И глядит в сторону расположенного на горе храма Архангела Михаила, давно уже полуразрушенного и продуваемого всеми ветрами. – Я щас.

нечмырь_5Схватил он ведра и чуть ли не побежал домой, умудряясь не расплескивать на ходу воду. Стою я. Жду. Сам себя, дурака, ругаю, что напросился. И чего это Лёнька про церковь спросил?

Минуты не прошло, а он уже рядом, с бидоном в руках.

– Слышь, пошли, – почти шепотом мне говорит.

Произнес и чуть не побежал к храму. А уже стемнело. Только-только тишина была, а тут, глядь: ветер поднялся и мокрым снегом мне в лицо хлестать начал. Словно не пуская нас в церковь. Тут мне совсем грустно стало. Бреду, спотыкаюсь о кочки и слушаю разносившийся по деревне как-то совсем некстати лай собак. Задумался я, пока мы шли, и чуть не влетел в Лёнькину спину. Поднимаю голову и вижу: мы уже перед храмом. Полуразрушенным. С поржавевшими решетками на окнах. Внутри, тишина, только слышно как голуби крыльями хлопают и щекочет ноздри запах голубиного помета. «Зато хоть сухо и ветра нет» – пронеслось в моей голове.

Ленька вроде как не замечает меня. Встал на середину церкви, аккурат под огромной цепью – позже я узнал, что раньше на ней держалось паникадило; поставил бидон с водой родниковой на землю, открыл крышку, повернулся ко мне и спросил:

– Слышь, ты молитвы-то какие знаешь?

– Не-а, – пробормотал я.

Лёнька покачал головой, стал что-то шептать и потом широко, три раза перекрестил воду. Постоял, помолчал, произнес:

– Ну все, пошли.

И я нехотя, мимо кирпичных стен с остатками белой штукатурки, на которой, то тут, то там проглядывались старинные росписи, побрел за ним в холод, метель и тьму.

…Вода эта, которую он называл святой, была с нами, в Лёнькиной фляжке, болтавшейся у него на ремне. Где-то с час мы просидели. Лёнька все чаще смотрел то на часы свои, то на небо. Я понял: и меня ему жалко и идти надо.

– Ладно, – выдавил я из себя, натягивая сапоги, – собираемся.

– Слышь, завтра пойдем, ничего, успеем, – отвечает Лёнька.

Я чуть не заорал от радости, хотя для порядку пробормотал:

– Да, ладно, пойдем уж.

Лёнька только рукой в мою сторону махнул. Затушили мы костер, угли раскидали, да лапника сверху набросали побольше, костер заново развели, ну и улеглись, значит, спать. Я уж и не помню, как провалился в сон. Без всяких сновидений.

нечмырь_4… Открываю глаза. Тишина вокруг. Гляжу на часы – три ночи. Костер погас наш давно, только красные угольки еще вот едва светятся. Смотрю – нет Лёньки, тру глаза – может, померещилось. Не померещилось. Нет его. У меня сон как рукой сняло. Я даже ночной холод чувствовать перестал. Встал, сапоги натянул. Костер впопыхах развел. Сижу. Топор из-за пазухи достал, на колени себе положил. Хотя понимаю – против мерещащегося мне за каждым кустом Немчыря вряд ли он поможет. Лёньку не ругаю про себя, вообще мысли как-то путаются.

И тут мне как-то само собой на память пришло, что у бабушки в комнате большая икона висит, перед которой она каждый вечер молится. Никогда мне в голову не приходило поинтересоваться у бабушки: что за икона-то. Помню, лет пять назад бабушка что-то в комнате потеряла и давай искать. Никак найти не может. Тогда повернулась она к образу на стене, перекрестилась три раза и так громко произнесла: «Николай Угодник, помоги!». И тотчас пропажа нашлась. Хотите верьте, хотите нет!

Я удивился тогда, но как-то быстро забыл эту историю и ни разу не вспоминал о ней, до самой той минуты, когда перед не шибко ярким костром один в лесу, где упырь-Немчырь бродит, не очутился. И тут я также громко как бабушка когда-то и произнес: «Николай Угодник, помоги!». Вспомнил про храм наш, Архангелу Михаилу посвященный – и его призвал на помощь: вслух и с вытаращенными от страха глазами. Это была моя первая молитва в жизни. И, слава Богу, не последняя.

…Сколько я так просидел и не помню уже. Веки сами собой закрываются, а сон не идет. Под утро все ж таки сморило, стал клевать носом. Проснулся я от того, что тепла стало больше рядом, затрещал костер веселее, поднимаю глаза: Лёнька передо мной сидит. В изодранной телогрейке, фляжку пустую в руках теребит. На меня не смотрит. Молчит. А я и не спрашиваю ни о чем. Но ясно понимаю: кончилась эта история с Немчырем. Не будет он больше, неупокоенный, по деревне бродить. Признаюсь, раздирало меня тогда любопытство – да и сейчас, иной раз, раздирает – узнать у Лёньки, как он там с Немчырем совладал и где нашел-то его, и схоронил где, или в болото выбросил. Их ведь, упырей, я слышал, в болото и бросают, чтобы они в нем, значит, жажду утоляли свою. Да так и не спросил я его об этом.

нечмырь_2… Следующим вечером вернулись мы без приключений. Похолодало уже, да и снег дороги посеребрил, а мороз окна узорами разукрашивать начал. Отряхнул я на крыльце веником снег с сапог, прошел холодные сени, и первое что увидел в уютной натопленной комнате: перед большой иконой горела лампадка. Бабушка только по большим праздникам ее зажигала. Посмотрела она на меня, поняла мой немой вопрос и говорит:

– Праздник вчера большой был. Никола Угодник. Молись ему, он всегда поможет…

 

Автор статьи Игорь Ходаков

 

 

 

 

Понравилась статья? Сохраните на память!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

[+] Самые красивые смайлики тут